Допрос подозреваемого после его задержания

Первый допрос задержанного подозреваемого нередко носит характер разведывательного, а основными становятся, как правило, последующие. Первое знакомство с подозреваемым позволяет следователю получить представление о психологическом облике задержанного, дать более правильную оценку данным, послужившим основаниями для подозрений и задержания, определить, какой тактики необходимо придерживаться на последующем допросе, можно ли надеяться на раскаяние подозреваемого, с кого из подозреваемых, если их несколько, надо начинать основной допрос. Конечно, в зависимости от ситуации следователь может не останавливаться на получении объяснений подозреваемого относительно обстоятельств, послуживших основанием для применения к нему мер пресечения, а продолжить допрос и сделать его основным. Такая возможность появляется в случае, если следователь убежден, что он допрашивает преступника, при наличии веских улик, которые можно использовать для того, чтобы получить от подозреваемого правдивые показания. Причем степень уверенности следователя определяется прежде всего объемом доказательных фактов, которыми он располагает. Если, например, лицо задержано с поличным на месте преступления, рядом с трупом, степень уверенности следователя, что задержан именно убийца, весьма высока, и в соответствии с этим он строит тактику допроса подозреваемого, сразу же стремясь преодолеть ложь и побудить рассказать правду. Не только объем доказательств, но и ответы подозреваемого, так или иначе объясняющего уличающие его данные, влияя на оценку следователем собранных доказательств, определяют выбор тактических средств. Если в процессе допроса сомнения в том, что перед ним лицо, совершившее преступление, уступают чувству уверенности в правильности подозрений, следователь может прибегнуть к тактическим приемам, позволяющим получить правдивые показания от подозреваемого, совершившего преступление. И, напротив, если следователь склоняется к выводу об ошибочности подозрения, то в применении таких приемов отпадает необходимость. Следователь может продолжить допрос, почувствовав неуверенность объяснений подозреваемого, его колебания в правильности выбранной линии защиты. Решив после получения объяснений подозреваемого продолжить допрос, следователь должен быть предельно осторожен с тем, чтобы не допустить ошибок, которые бы затруднили установление истины в ходе даль- нейшего расследования, поскольку для него еще не ясны многие детали расследуемого события и при допросе он идет как бы ощупью. Здесь очень важно правильно оценить улики, сопоставить с ними объяснения подозреваемого, не торопиться с выводами о совершении им преступления, а равно неосновательности подозрений. Допрос подозреваемого после дачи им объяснений по существу подозрений, как правило, носит характер непрерывного диалога. Подозреваемый не только отвечает на вопросы следователя, он сам стремится выведать интересующие его сведения ( например, установлены ли соучастники, какую линию защиты они избрали, известны ли подлинные мотивы преступления или следствие приняло на веру те, которые выдвинул подозреваемый, все ли эпизоды преступной деятельности выяснены или только упоминающиеся в протоколе задержания и т.д.). Из тактических соображений иногда необходимо скрыть на данном этапе допроса, как обстоит дело в действительности с теми обстоятельствами, которые интересуют подозреваемого. Но при этом следователь ни в коем случае не должен прибегать к ложным утверждениям, а может воспользоваться неопределенным, уклончивым ответом, умолчанием, репликами, допускающими многозначное толкование. Прямой отказ в сообщении интересующих подозреваемого сведений крайне нежелателен, поскольку он может насторожить допрашиваемого, породить у него догадку, что следователь не отвечает потому, что этот факт не установлен. Наконец, такое поведение следователя помешает налаживанию психологического контакта. В зависимости от первых полученных результатов, следователь выбирает наиболее целесообразные приемы допроса, переходит от одних к другим, сочетая при необходимости тактику, направленную на раскаяние допрашиваемого, с приемами, позволяющими получить от него правдивые показания при отсутствии к тому доброй воли. С целью получения правдивых показаний от подозреваемого в первую очередь следует прибегать к приемам, основанных на использовании фактора внезапности, противоречий в показаниях допрашиваемого, причем применение подобных приемов в отношении подозреваемого бывает более эффективным, чем при допросе обвиняемого, поскольку в большинстве случаев допрос носит экстренный характер и подозреваемый не имеет подлинного представления о действительном объеме осведомленности следователя и имеющихся в его распоряжении уликах. Даже незначительный объем доказательств, если только он умело ис- пользуется, нередко позволяет достичь положительного результата при допросе подозреваемого. Уже сам допрос, начатый сразу после задержания, очень часто позволяет использовать фактор внезапности, поскольку не дает подозреваемому придумать ложную версию или во всяком случае обдумать ее детально, сделать более убедительной ( если, конечно, подозреваемый не приготовился к этому еще до совершения преступления). При использовании фактора внезапности очень важно выбрать момент предъявления доказательства, с тем, чтобы тактический прием оказал наибольший эффект. Для этого необходимо выяснить, знает ли подозреваемый о том, что данное доказательство имеется в распоряжении следователя или нет. Решить этот вопрос помогает изучение оснований, по которым произведено задержание. Если подозреваемый был застигнут при совершении преступления или задержан в связи с обнаружением при его личном обыске, осмотре, явных следов преступления ( похищенных вещей, орудий преступления, крови на одежде и т.д.), то вполне понятно, что ему известно об этих уликах, и их целесообразно предъявить вначале допроса. Факт задержания при таких обстоятельствах уже сам по себе вызывает представление об изобличении, предстоящей ответственности, и пока это представление не прошло, немедленный допрос, начатый с предъявления доказательств, бывает весьма успешным. В других случаях, если основанием для задержания послужил факт обнаружения вещественных доказательств при обыске на квартире подозреваемого, произведенном в его отсутствие и поэтому он об этом не знает, более правильно предъявить эти доказательства в процессе допроса в тот момент, когда у допрашиваемого начинает складываться впечатление, что против него улик нет( т.к. в протоколе задержания, с которым подозреваемый должен быть ознакомлен перед допросом, в качестве оснований задержания достаточно указать сам факт обнаружения вещественных или иных доказательств при обыске, не перечисляя их конкретно). В данном случае вполне допустимо поставит вначале несколько отвлекающих вопросов, чтобы тем самым усилить фактор внезапности.