Создание у подозреваемого преувеличенного представления об осведомленности следователя.

На этой основе строится тактический прием, заключающийся в том, что следователь создает у подозреваемого впечатление, будто все основные обстоятельства уже известны и его интересуют второстепенные, о которых знает только подозреваемый. Например, следователь в своих вопросах, адресованных допрашиваемому, делает акцент на выяснении мотивов преступления, оставляя временно в стороне другие обстоятельства. Такой прием применяется в связи с тем, что из всех обстоятельств дела мотивы труднее всего установить, не прибегая к показаниям лица, совершившего преступление. У допрашиваемого же может создаться впечатление, что следователю все ясно, другие детали его не интересуют, а для выяснения мотивов он, естественно, прибегает к помощи лица, совершившего преступление. Не исключено и чаще всего так и бывает, что подозреваемый дает объяснения, как можно более выгодные для себя, утверждая, например, если речь идет об убийстве, что имело место неосторожное убийство, убийство в состоянии аффекта или необходимой обороны и т.д. Признаваясь в таких случаях в совершении преступления, подозреваемый все свое внимание сосредоточивает на мотивах и не скрывает уже других обстоятельств ( время, место, орудие и т.д.). В ходе допроса подозреваемого можно использовать какие-либо предметы, документы, фотографии, не являющиеся доказательствами, но которые должны приковать к себе внимание подозреваемого, действительно совершившего преступление, и создать впечатление, что следователь располагает важной, если не решающей уликой. Конечно, подозреваемый может попытаться скрыть свою реакцию, но иногда это не удается сделать, и он либо сразу же начинает давать правдивые показания, либо демонстрирует свою виновную осведомленность, что также для следователя очень важно, так как у него появляется уверенность в правильности подозрений.